Newminds (frengs) wrote,
Newminds
frengs

Брошенность, самоотчуждение и жесты тоски

Человек, чувствующий себя брошенным, стремится положить конец этому. Тот, кто ребенком пережил брошенность, замкнул эту боль внутри себя и приспособился к ней с помощью адаптации и других форм поведения, характерных для брошенности. Боль, которую он пережил в детстве, перестала осознаваться; но жажда утверждения себя запечатлена в его поведении. Эта жажда остается с ним в виде разнообразных фантазий, которые временами захватывают его воображение.

На первый взгляд, человек, чувствующий себя брошенным, ищет подтверждения совершенно в другом. Поскольку он переживает себя нелюдимым и брошенным, и это все связано с отсутствием поддерживающей среды, она или он способен только на то, чтобы жаждать подтверждения со стороны других людей. Но это приводит к разочарованиям. В то время как ребенок нуждается в нежной матери, близко связанной с ним или с ней и постоянно готовой удовлетворять даже невыраженные потребности, для взрослого это стало уже невозможным. Суровая реальность учит, что не может быть замены для матери, которую он любит за то, что она любит его, и которой он мог бы гордиться. Тем не менее, эта жажда не уходит; она становится бессознательной побудительной силой и сказывается на поведении травмированного человека.

Человек, чья способность любить себя была нарушена, всё время протягивает руку, пытаясь получить то, чем когда-то был обделен. Это жест, выражающий его тоску по матери и материнской заботе; но этот жест означает также, который снова и снова «заталкивается внутрь», что приводит к разочарованию, обиде, гневу и депрессии всякий раз, когда он позволяет себе понадеяться на удовлетворение этой жажды, ибо взрослый мир совершенно отличается от детского мира.

В то время как под поведением брошенности понимается стратегия выживания, жесты тоски лучше всего рассматривать как компенсаторный, активный поиск благоприятных условий.

Персона травмированного человека отмечена поведением, которое принуждает его пытаться быть совершенным. Такой перфекционизм, без сомнения, является крайне важным для него или неё; получая признание и отклик от окружающих, он приобретет чувство собственной самоценности и значимости, что позволяет ему ощутить себя целостным и, до определенной степени, любимым. Под столь сильно организованной персоной обнаруживаются две вещи: то, чего человек был лишён в детстве, и его попытки обратить вспять эту депривацию через признание окружающих.

Однако, тоска выражается не только в желании отклика и любви; она предполагает также поиск и привязанность к желанным и значимым лицам. Брошенный человек испытывает сильную потребность ощущать себя связанным с другими людьми, и он крайне болезненно реагирует на малейшие знаки пренебрежения. В те моменты, когда он чувствует, что больше не на одной волне с окружающими, он теряет самообладание и испытывает отчуждение не только от них, но и от самого себя.

Чтобы избавиться от этого чувства, он делает всё, чтобы приспособиться и угодить. Переживая такие моменты, он пытается удержаться в границах, сохранить самоконтроль, иногда путём агрессивных действий. Такое поведение маскирует жажду испытывать «причастность» или слияние с окружающими людьми.

Жесты тоски

В следующих примерах из повседневной жизни можно увидеть оба полюса такой тоски, - стремление быть любимым и быть способным любить, быть принятым и «принадлежать» кому-то. Оба они относятся к основным человеческим потребностям. Но они становятся преувеличенными в травмированных людях, поскольку их потребности в любви не получили оптимального удовлетворения в детском возрасте. Для них желание быть любимым и принятым превращается в отзеркаливание их грандиозности (требования, чтобы их достижения, достоинства, красоту или вещи отражали),а потребность любить и чувствовать себя «принадлежащими» кому-то другому выражается в настойчивой идеализации (требованием восхищаться кем-то, чье очарование или успех они могут разделять, «причаститься» к нему).

Я помню свою коллегу прежних лет, которая становилась чрезвычайно надоедливой всякий раз, когда чувствовала, что ею пренебрегают, и разговаривала в тоне манипулятивного дружелюбия в сочетании с манипулятивным всеведением. Она начинала критиковать других и бралась контролировать, жаловалась и выдвигала требования. Обычно она добивалась того, чтобы окружающие чувствовали себя обязанными делать для неё что-то такое, что они не хотели и не должны были делать. Для сотрудницы это означало возобновлять контроль над окружением, от которого требовалось отзеркаливать её, поскольку она бессознательно рассматривала это окружение, как мать. После этого женщина, как правило, успокаивалась и становилась стабильным и хорошо адаптированным сотрудником, с которым легко работать. В этих ситуациях обнаруживалась ее тоска по отзеркаливанию, признанию и любви, приводимая в действие страхом быть пренебрегаемой. Когда она чувствовала себя отвергаемой, обнажалась её нарциссическая рана, сразу привлекая к себе внимание этим жестом тоски. Другой человек, сталкивавшийся с этими проявлениями, чувствовал себя эксплуатируемым, подвергающимся манипуляции и отчужденным.

Другой пример иллюстрирует хорошо известный факт, что существуют люди, которые крайне нуждаются в восхищении со стороны окружающих. Я имею в виду, например, случаи, когда вас приглашают в гости, где от вас ждут, чтобы вы всё время восхищались домом, посудой, мебелью, до такой степени, что можно подумать, что гости для того и существуют, чтобы выражать восхищение. В этой роли чувствуешь себя как бы несуществующим; никто не желает интересоваться тобой. После таких визитов чувствуешь себя до странности истощенным, и тем самым становится понятным, что ты потратил слишком много энергии на выражение восхищения.   

Одна девушка обычно встречала сотрудницу, и вместе они ехали домой. Как-то раз она была ужасно раздосадована, увидев, что её подруга увлечена разговором с мужчиной. Она сразу поняла, что не может сегодня рассчитывать на совместную поездку домой, но всё равно решила вмешаться в разговор, предложив всем вместе пойти попить кофе. Её предложение было отвергнуто. Она отреагировала на отказ чувством глубокой брошенности и зависти, но, вместо того, чтобы переживать это чувство, вытеснила его гневом и грандиозным уходом. Впоследствии она осознала, что произошло: поначалу она правильно оценила ситуацию и поняла, что те двое так увлечены разговором, что скорее всего не захотят, чтобы их беспокоили. Однако, для неё это означало угрозу быть оставленной. Чтобы справиться с этим чувством, она вмешалась, и это был жест тоски. Когда те двое отказались от её приглашения, обнажилась её нарциссическая рана, и ей было трудно справиться с возникшим при этом чувством брошенности.

Фантазии

Правда, эта тоска не всегда выливается в действия, она также может отражаться в фантазиях человека. У таких людей мы часто встречаем фантазии о том, что они находятся в центре внимания и являются предметом восхищения; точно также часто возникают фантазии о днях чистого блаженства, не нарушаемого ни тенью беспокойства.

В аналитической психологии это явление носит название тоски по раю. Рай здесь понимается как состояние, в котором потребности человека полностью удовлетворяются, и он и его окружение находятся в совершенной гармонии. При поглощенности архетипом рая действуют два архетипических стремления: стремление любить и восхищаться – и стремление «принадлежать» идеальному лицу. На уровне переживания, тоска и жесты мольбы соответствуют тоске по раю.

Из книги К. Аспер «Внутренний ребенок и самооценка»
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment