Newminds (frengs) wrote,
Newminds
frengs

О юнгианском анализе. Часть I

Пишу о конкретных техниках юнгианского анализа. В чем суть этого подхода, как это вообще работает, как может помочь. Этот текст может помочь тем, кто задумывается пойти в терапию и задается самыми разными вопросами.

Будет несколько частей, это первая.

Когда человеку плохо, он старается справиться своими силами, а когда они уже не помогает, то ищет у кого-то помощи. Чтобы стало легче.

Если мы говорим о психологических проблемах, которые создают препятствия, то понимаем, что зачастую с помощью сознания и силы воли справиться не удается. Современному человеку нетрудно сделать вывод, что если проблема формировалась долго и давно, причем так давно, что может уже и не вспомнить, то, следовательно, есть глубинные факторы, бессознательные, которые вряд ли можно переработать за несколько психотерапевтических сеансов. То есть потребуется долгая и внимательная работа.

Если человек ответственен и достаточно смел, чтобы понять, что в анализе мы не будем полагаться на магические силы, то можно говорить о том, что клиент с помощью терапевта постепенно разберется в своих проблемах, и через какое-то время жизнь начнет меняться.

Теперь о частых и простых фантазиях о лечении.

Фантазии о терапии как лечении и о терапевте

Можно размышлять о том, что при обращении за медицинской помощью мы ожидаем чего-то болезненного и принудительного. В анализе мы, конечно, сталкиваемся с болезненными переживаниями, но характеристика психотерапии как медицинского подхода, принудительного и хирургического, неверна. Просто это не так. Психотерапия это щадящая процедура. Клиент здесь инициативен, он ведет, при этом передавая поддержку и организацию процесса аналитику. Это не фантазия о циничном и рациональном докторе (Хаусе).

Еще сложность – а как прийти и о чем начать говорить (фантазия - как быть «правильным» или «хорошим»)? И что вообще такое разговор в анализе. Так вот – анализ начинается как любые обычные отношения, а разговор – это теплая дружественная беседа. Где-то мы шутим, смеемся, иногда грустим или можем плакать, часто молчим задумчиво, что-то понимая, о чем-то фантазируя.
Так же есть фантазия об аналитике как о всезнающем, а значит всемогущем, контролирующем человеке. Но, даже учитывая высокий уровень практической и теоретической подготовки, аналитик – это не тот, кто научит жить, так как все знает (фантазия), или будет спасать, или наоборот, болезненно вторгаться.
Клиент знает, что аналитик – это человек, который всегда рядом, всегда поддержит, поймет, с ним есть настоящие личные отношения. Он внимательный и добрый человек, который старается помочь.

Важный момент заключается в том, что фантазия об анализе как о постановке диагноза (и это тоже может быть про страх оценивания, критики) – она по сути неверна. «О, да это – созависимые отношения», «О, да это – нарциссическая травма» - это не то, с чем работают. Это лишь утилитарный подход, где сложности человека рассматриваются как недостаток, оцениваются и описываются. Юнгианский анализ как творчество – это как раз наоборот стремление расстаться с потребительским, рассудочным, рациональным. Юнг говорил о том, что все теории при появлении клиента остаются за дверью консультационной комнаты, а работа ведется спонтанно. Ведь в определении диагноза есть большое место эгоистическим потребностям терапевта. Он ищет подтверждения своих теорий, а коли хочет найти – найдет. Здесь уже вряд ли будет место индивидуальности человека, его собственного пути развития через то, что видится как проблема и определяется как диагноз.

Поэтому юнгианский анализ – это возможность допустить спутанность, хаос для формирования новых структур, уже в новом порядке. Это пространство для творчества, где можно свободно себя выражать, для восполнения дефицита близких взаимоотношений. Это новые переживания, возникающие в новых, свободных отношениях. Это не оценивание, не вторжение, не научение (фантазия), это не педагогический процесс. Это размышление, очень разное, это погружение для осознания и переработки эмоций, чувств, а затем и мыслей. Это не технологический цех, а метафорическое пространство, где для клиента должно родиться то, что для него - новое, очень важное и очень личное.

Михаил Петрушин, юнгианский психолог

При написании текста использовал статью С. Раевского и Л. Хегая "Методы аналитической психологии К.Г. Юнга, книгу Роберта Джонсона "Сновидения и фантазии: анализ и использование".
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments